На минувшей неделе по "фармделу" выступили топ-менеджеры "Ульяновскфармации" - бывший гендиректор АО Ольга Кузнецова и ее заместитель Евгений Коган. Выступление Кузнецовой, в ходе которого она назвала уголовное дело против нее абсурдным и негуманным, 73online.ru опубликовал в прошлый четверг. Сегодня, в преддверии очередного заседания, мы публикуем речь Евгения Когана.
Евгений Коган не признал обвинения против него в полном объеме и выразил уверенность, что в ходе судебного процесса эти данные не будут подтверждены. Коган работал в "Ульяновскфармации" с августа 2014 года на должности замдиректора по лекарственному обеспечению. В его обязанности входило всё, что касается торговли лекарственными средствами: поиск поставщиков, переговоры с ними, условия оплаты, а также поставки "Ульяновскфармации" заказчикам - как государственным, так и частным.
- Что касается инкриминируемого мне введения в заблуждение главврачей на аппаратных совещаниях... В Ульяновске на регулярной основе проводится несколько медицинских совещаний. На еженедельном совете главных врачей я не бывал никогда. На совет экспертов меня иногда приглашали, но там очень редко бывали главврачи. Так что я не имел возможности вводить главврачей в заблуждение - хотя бы потому, что фактически с ними не общался. А теперь о самой формулировке: "вводил в заблуждение главврачей насчет экономической целесообразности подписания государственных контрактов по результатам аукциона". Это абсурд с точки зрения №44-ФЗ. Этот закон гласит: "Подписание контрактов по результатам аукциона - обязанность сторон". Эта обязанность не предусматривает никакого общения, возможности друг на друга влиять… Минимум 10 дней, максимум 14 - и обе стороны обязаны подписать контракт. Не существует здесь никакой целесообразности - ни экономической, ни политической, только обязанность. А ведь на этой фразе, по сути, строится все обвинение!
В своем выступлении Евгений Коган скрупулезно, по пунктам, разобрал предъявленное ему обвинение и объяснил, почему он не мог совершить эти преступления, даже если бы захотел.
- В конце обвинительного заключения следователь пишет, что введя в заблуждение главных врачей, ввели ограничительный контракт, провели исключающие закупки, и поэтому в аукционе была только одна заявка от "Ульяновскфармации", которая и стала победителем. И это реально потрясает, поскольку все документы по тому акциону находятся в открытом доступе, их любой может посмотреть хоть сейчас. Открываем аукцион, который мы якобы провели в сговоре с Павлом Дегтярем. Заявок три, все допущены, аукцион состоялся, падение цены было. Из четырех закупок одна наша заявка была только на закупке кислорода, хотя следователь написал "подана одна заявка" в каждом эпизоде. В этом нельзя ошибиться, следователю просто невыгодно было писать то, что он увидел в документах, он бы тогда не смог красиво закончить свое обвинение.
В конце выступления уже не только Коган смеялся над абсурдностью обвинения, но и другие подсудимые, их адвокаты, журналисты и даже судья. Обвинители единственными сохраняли серьезные лица в этом зале.
- Какой основной мотив заложен во всем этом уголовном деле? Корыстный. Как все это выглядит глазами следствия: мы все собрались и сговорились, чтобы украсть. Пришел к нам Тихонов и говорит: что мы там можем украсть на закупке кислорода в 22 миллиона? А я ему как специалист отвечаю: ну, у нас по закону поставки в медучреждения только по их заявкам, сколько захотят, столько и заберут. На момент нашего задержания, например, пресловутый контракт на кислород был реализован только на 40%. И вот что я должен ответить Игорю Викторовичу? Украсть, конечно, можем, но сколько - черт его знает, неизвестно ведь заранее, сколько кислорода больницы выкупят. Но следствие ведь на этом не останавливается, оно утверждает, что после этого аукциона Игорь Викторович дал команду, я эти украденные миллионы перегнал через три аффилированные мне фирмы, Ольга Васильевна деньги сняла, и мы их поделили по карманам. Какие деньги мы делили, если контракт только начал выполняться, и на момент нашего задержания был реализован только на 40%? А одна из важнейших моих обязанностей состояла в том, чтобы добиваться рассрочки платежа поставщикам на максимальный срок - на полгода, чтобы больницы не были вынуждены перечислять сразу миллионы, а выплачивали за медикаменты по мере их продажи. То есть на момент задержания даже от тех 40% реализованного контракта мы получили лишь 30-35% стоимости. Какие миллионы, по мнению следствия, мы могли бы тут поделить?
Следующее заседание состоится сегодня.
Николай Андреев, Александр Стрельцов