20 мая в Ульяновском областном суде слушалось, пожалуй, самое неоднозначное и трагическое дело этого года. Рассматривали апелляции: Марины Колбасовой, потерявшей 11 месяцев назад в ДТП двух маленьких дочерей, и Ирины Колбасовой — бабушки, ставшей невольной виновницей гибели внучек. Как прошел суд — в репортаже 73online.ru.
В марте этого года Новоспасский районный суд признал Ирину Колбасову виновной в нарушении правил дорожного движения, которое привело к гибели двух или более человек. Погибли её внучки. Её приговорили к трём годам колонии-поселения.
Обе стороны сочли приговор несправедливым: потерпевшая сторона — излишне мягким, обвиняемая — слишком жёстким. Они подали жалобы. Судье облсуда предстояло поставить точку в семейной трагедии. Но вместо точки была поставлена жирная запятая — такого судебного решения не ожидал никто.
Марина похожа на тень
В здании суда внимание журналиста привлекла женщина в простом черном платье с небрежно уложенными волосами, стоящая у «вертушки». С трудом в ней узнавалась Марина Колбасова. Разница между яркой блондинкой на фото полуторагодовалой давности и этой «тенью» была пугающей. Марину пришел поддержать муж Александр. Глядя на них стало ясно, что за эти 11 месяцев, после смерти девочек, семья так и не смогла пережить горе.
Интересы Ирины Колбасовой представляли адвокат Дмитрий Серов. Сторону обвинения поддерживала прокурор Галина Скотарева.
Осуждённая на процесс не пришла. На вопрос судьи почему ее нет, адвокат ответил уклончиво: «По значимым причинам». Стороны заявили, что готовы начать процесс без неё.
Судья озвучил суть жалоб. Потерпевшая в своей апелляции заявила, что Ирина Колбасова осознанно превысила скорость, не пыталась тормозить, затягивала расследование, не извинилась и, вероятно, вообще не раскаялась в содеянном. Моральный ущерб она возместила частично — четыре миллиона рублей.
Прокуратура в своём представлении отмечала, что ранее Колбасова не была судима, раскаялась, признала вину, имеет хронические заболевания и находится в зрелом возрасте. Тем не менее, это не освобождает её от ответственности и приговор следует ужесточить.
«Я потеряла всё»
Далее суд предоставил слово потерпевшей, матери погибших девочек, Марине Колбасовой. Марина говорила тихо, но её горе буквально «кричало».
— За время следствия и последующих судов подсудимая так и не озвучила причину, по которой это произошло. В первое время мне казалось, что все как-то решится в кругу семьи, что мы вместе переживем это горе. Но моя свекровь, бабушка моих детей, все это время была настроена враждебно, она не принесла нам извинения. Наша семья распалась! Я не верю в то, что у нее проблемы со здоровьем. Мы ходим в один храм, и я часто вижу её здоровой, с отличным макияжем! Она не была на поминках, ни разу не пришла ко мне! Все это усиливает мое горе! Я потеряла все! В день трагедии подсудимая ехала на очень безопасной машине, но с огромной скоростью! Как можно ехать с такой бешеной скоростью перед очень опасным поворотом? Кроме того, она всеми силами затягивала следствие и до последнего не признавала свою вину. Новоспасский суд отнесся к ней очень деликатно, — выступила Марина.
Прокурор Скотарева коротко встала на защиту Марины: «Ваша честь, перед вами мать, у которой ничего не осталось. Прошу ужесточить меру пресечения для Ирины Колбасовой». Она выразила соболезнования семье Колбасовых, подчеркнув, что невозможно измерить горе родителей, потерявших своих детей.
«Справедливость — эфемерное понятие»
Следующим выступил защитник обвиняемой Серов. Свою речь адвокат посвятил вопросам справедливости и гуманизма:
— Справедливость — эфемерное понятие в любом обществе. Здоровое общество должно опираться на принципы гуманизма. Если говорить о справедливости, почему женщина в возрасте 60 лет не имеет права на гуманное отношение к себе? Учитывая все обстоятельства и тот факт, что жизнь Ирины Колбасовой сохранил кто-то свыше, прошу суд изменить меру наказания на условное, — сказал Серов.
«Мне кажется, это никогда не закончится»
Вернувшись из совещательной комнаты судья огласил решение: приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе.
После окончания заседания супруги Колбасовы сидели на лавочке. Выглядели одиноко и подавленно. Марина горько вздохнула:
— Мне кажется, это никогда не закончится. Но знаете, сегодня — хороший день. Впервые за всё время следствия и судов прокурор выразил мне соболезнования. До этого никто этого не делал. Большое ей за это спасибо.
Ирина Ермолаева, при участии Евгения Кватова
Обсудить новость можно в нашем телеграм-канале 73online и в канале 73online в MAХ
