Громкий судебный спор вокруг многомиллионного наследства покойного бизнесмена и политика Евгения Карпова, о котором ранее писал 73online.ru, оказался гораздо глубже банальной семейной ссоры. Пока общественность сочувствует «гражданской супруге» предпринимателя, старшие дети Карпова оказались в эпицентре информационной атаки. Как стало известно нашей редакции, обращение наследников в суд — это не корыстная попытка «лишить младшего ребёнка наследства», а вынужденное стремление расставить точки над «i» в деле, где вопросов пока больше, чем ответов.
«Война» за миллионы
Известный предприниматель и член областного Избиркома Евгений Карпов скоропостижно скончался 22 сентября 2025 года. После себя он оставил внушительный капитал.
Весной 2026 года в нашу редакцию обратилась Анна Булдаковская. Женщина представилась фактической сожительницей Карпова, от которого у неё есть внебрачный сын. По словам заявительницы, старшие дети бизнесмена якобы начали «юридическую кампанию», чтобы «лишить мальчика законной доли».
Булдаковская утверждала, что обратилась к нотариусу в интересах сына лишь «через несколько месяцев» после кончины любимого. По сведениям источников 73online.ru, наследственная движуха закрутилась совсем по иному сценарию. Конфиденты отмечают: заявление Булдаковская якобы подала чуть больше, чем через две недели после смерти Карпова.
Внезапный младший брат
Старшие дети бизнесмена узнали о существовании младшего брата постфактум. Выплакав горе и сознательно переждав 40 дней, чтобы не оскорблять память отца, они пришли в нотариальную контору. Там им сообщили о заявлении внезапно объявившейся женщины и внебрачного ребёнка, которое та подала 10 октября минувшего года (Карпов умер 22 сентября).
Разбираясь в ситуации, наследники нашли в документах ЗАГСа странные нестыковки. Если в совместном заявлении подписи Карпова и Булдаковской стояли на своих местах, то в самом акте об установлении отцовства под данными Карпова красовалась чужая закорючка. Была ли это техническая ошибка, когда люди просто перепутали графы, или за коммерсанта расписался кто-то другой — оставалось загадкой. Верить этим бумагам на слово без проверки было нельзя.
Масла в огонь подливали и другие собранные близкими доказательства. Из них следовало, что отношения Карпова с Булдаковской были далеко не безоблачными. Родственники предположили, что бизнесмена могли заставить признать ребёнка против воли — например, под жестким психологическим давлением или угрозой раскрыть тайну внебрачных связей законной семье и разрушить брак.
Судебный спор
Посовещавшись с юристами, наследники обратились в суд. Не для того, чтобы «вероломно отнять наследство у младшего брата» — лишь развеять сомнения в кровном родстве. В заседании они просили провести почерковедческую и генетическую экспертизы, но иск отклонили.
Сторона Булдаковской против ДНК не возражала, но выдвинула условие: провести эксгумацию тела. Сыновья расценили это как кощунство и осквернение памяти отца, отказавшись от процедуры по этическим соображениям. При этом ей предлагали цивилизованные альтернативы — взять образец у матери покойного бизнесмена или сравнить ДНК мальчика со старшими братьями. Однако сторона ответчика якобы настаивала исключительно на раскопках могилы.
— Никакой «войны» и прессинга на младшего брата со стороны старших детей нет — это нормальный судебный процесс. Истцами движет законное желание устранить сомнения, которым сама же Булдаковская подливает масла в огонь. Мальчик родился в 2018 году, а Карпов признал отцовство лишь в 2020-м — спустя два года. На этом фоне её настойчивый отказ от нормальных вариантов ДНК-теста выглядит странно. Если скрывать нечего и она уверена в своей правоте, почему просто не провести экспертизу через родственников и не поставить точку? — заявил 73online.ru источник, близкий к семье Карпова.
Развязка в этом затяжном споре ещё впереди. Несмотря на вывод апелляции, сложный наследственный процесс продолжится в рамках других судебных и нотариальных процедур до полного распределения долей.
Наш канал в Макс, срочно подпишись!
