Эпоха, когда ульяновские программисты капризничали на собеседованиях и меняли работу раз в год ради прибавки в 40% к окладу, официально закончилась — «рынок кандидата» окончательно сменил «рынок работодателя». Эксперты IT-сферы констатируют: рост зарплат программистов больше не обгоняет инфляцию, а искусственный интеллект массово сокращает штаты. Но кадровики при этом заявляют, что заводы Ульяновска не могут переманить к себе айтишников даже с помощью больших денег.
Конец «перепродажи людей» и застой в кошельках
Еще пару лет назад ИТ-отрасль напоминала бесконечный праздник с перегретыми бюджетами. Сегодня ситуация развернулась на 180 градусов. На рынке труда появился явный избыток соискателей, а инвестиции в сферу технологий заметно просели.
— Если раньше был дефицит разработчиков и их активно искали, то сейчас они сами ищут работу, — констатирует основатель платформы AdvantShop и соучредитель «Стачки» Камиль Калимуллин. — Меняется сам подход к IT, автоматизация улучшается, а инвестиции уменьшаются. Есть определенные причины экономического характера, которые сжимают этот рынок.
Эту тенденцию подтверждает и директор АНО «УЛЬСК.ИТ» Илья Валкин. По его словам, история с легким переходом из компании в компанию ради легких денег закрыта. Средняя зарплата в ульяновской разработке ПО за год выросла всего на 6% — до 143 524 руб. С учетом реальной инфляции доходы программистов в реальном выражении фактически стоят на месте.
При этом, вопреки паническим настроениям, физически сама ИТ-отрасль региона не сокращается и даже продолжает расти: за год занятость в ней увеличилась на 5% — до 7426 человек. Однако этот численный рост происходит в совершенно новых экономических условиях. Оборотная сторона медали заключается в том, что людей в индустрии стало больше, а вот свободных денег на их содержание — меньше.
— Ресурсная база в России сужается, и это напрямую влияет на ИТ. Рента на всех уровнях осваивания ресурсов снижается. Сейчас корректнее говорить о дефиците распределяемого базового ресурса — прежде всего бюджетных средств, — раскрывает причину этого парадокса сооснователь IT-компании «Рэд Лаб» Игорь Зольников.
Гонка нейросетей и кризис «однокнопочных»
Вторая причина кадровой тектоники — стремительное развитие технологий. Искусственный интеллект перестал быть красивой фишкой из презентаций и превратился в жесткий инструмент оптимизации расходов.
— Все ИТ-компании сейчас внедряют нейросети, это уже стандарт. Те, кто не стал этого делать, уже закрылись или закрываются, — заявляет основатель ITECH.group и ZeBrains Александр Щербина. — ИИ заменяет джуниор-разработчиков и где-то уже мидлов. Наш штат людей сокращается уже второй год подряд — иначе конкуренцию просто не выдержать. Если ты делаешь работу руками, а твои коллеги — с помощью ИИ, ты проиграл. При этом специалисты стали гораздо сильнее ценить свое рабочее место, так как найти новое стало труднее.
Ситуацию с ИИ шире — не только для ИТ-компаний, но и для всего ульяновского бизнеса — описывает генеральный директор «Агентства Кадровых Решений» Елена Сорокина. Она считает, что нейросети не «отменят» целые профессии, но кардинально изменят требования к людям. Отсюда и понятие — кризис «однокнопочных специалистов».
— Если человек умеет действовать только по готовому алгоритму, не способен проверить результат и принять решение, его ценность падает, — объясняет Сорокина. — В первую очередь ИИ вытесняет рутинные функции. Под наибольшим риском оказались начинающие специалисты, которым раньше поручали простые задачи «для опыта». Теперь их делает нейросеть. Работодатели уже повышают планку для новичков: от них ждут самостоятельности, критического мышления и понимания бизнеса. Тот, кто просто переносит данные или формирует типовой отчет, отныне конкурирует не с другим человеком, а с технологией.
Заводы хотят, но не могут нанять программистов
Пока чистый ИТ-бизнес сокращает штаты, ульяновский реальный сектор — заводы, фабрики, логистические и строительные компании — остро нуждается в цифровизации. Казалось бы, вот он, идеальный момент, чтобы переманить освободившиеся кадры на производство. Но на практике всё упирается в глухую ментальную стену.
— Привлекать сильных программистов в реальный сектор очень непросто, — продолжает Елена Сорокина. — Главная трудность — разница в корпоративной культуре. В ИТ-среде люди привыкли к гибкому графику, удаленке и свободной коммуникации. На заводах чаще сохраняются жесткая иерархия, фиксированный день и куча регламентов. К тому же, если программисту предлагают просто поддерживать устаревшие системы, он воспринимает это как шаг назад в карьере. Хотя на производстве ИИ никогда не заменит квалифицированного инженера, технолога или наладчика, который отвечает за реальный результат.
Когда у традиционных предприятий все-таки получается найти редкого и толкового специалиста, за него держатся зубами. Ульяновские работодатели массово используют контрофферы — предложение больших денег в ответ на заявление об увольнении.
— Но это может быть ловушкой, — предупреждает Сорокина. — Замена ключевого сотрудника на производстве может занять месяцы, поэтому проще дать прибавку. Из-за этого возникает локальный перегрев зарплат. Доход сотрудника растет быстрее, чем его квалификация, а остальные работники начинают воспринимать угрозу увольнения как единственный способ получить прибавку.
Забастовка удаленки и ульяновский патриотизм
Интересно, что спикеры 73online.ru единогласно разрушили миф о том, что ульяновские программисты массово пакуют чемоданы и уезжают в Москву. Главным конкурентом для местного бизнеса стал не переезд, а диван в ульяновской квартире, с которого разработчик трудится на столичную компанию удаленно.
— 50 тысяч рублей точно не повлияют на переезд в Москву, — уверен Александр Щербина. — Ульяновск — очень комфортный город, если у тебя есть хорошая работа. А работа в сильной ульяновской ИТ-компании — это отличная работа. Если здесь родители, друзья и адекватная цена жизни, то плюсов остаться гораздо больше.
Камиль Калимуллин также считает, что удерживать людей силой — бессмысленно. Задача региона — строить дороги и создавать инфраструктуру, в которой «гению» будет комфортно созидать. Важнейшей частью этой экосистемы остаются знаменитые ульяновские ИТ-мероприятия.
— В 2026 году легендарный фестиваль ULCAMP готовится принять рекордные 6 тысяч участников. При этом Самара и Казань со всеми своими ресурсами повторить такой масштаб до сих пор не могут, — констатирует Илья Валкин.
Вместо погони за «руками» — работа на результат
Текущие экономические вызовы не означают крах ульяновской ИТ-индустрии, однако они окончательно завершили эпоху легких бюджетов, делают вывод эксперты. Отрасль преодолела этап хаотичного роста, избавилась от иллюзий и перешла к взвешенному прагматизму.
— Рынок не сжимается, он взрослеет. Проблема не в том, что Москва «перестала платить», а в том, что она перестала платить за простые «руки». Заказчики пересматривают бюджеты и режут проекты без понятного эффекта. Заканчивается фаза, когда платили за сам факт наличия человека в штате, и начинается фаза, когда платят исключительно за результат, — емко резюмирует итог масштабной кадровой перестройки Илья Валкин.
Фото на главной сгенерировано нейросетью
Наш канал в Макс, срочно подпишись!
