Сегодня, 28 июля, юбилей отмечает один из самых авторитетных спортивных наставников региона — заслуженный тренер России по кикбоксингу Эдуард Островский. Он был первым ульяновцем, возглавившим национальную сборную. Благодаря его усилиям в том числе кикбоксинг стал в Ульяновской области базовым видом спорта. Накануне 73online.ru поговорил с юбиляром и выяснил, как мальчишка-беженец из Баку выстроил в Ульяновске мощную спортивную династию, почему у него в семье двое заслуженных тренеров и каково это — видеть, как твои лучшие ученики уходят в криминальные сводки.
«Внутренне я все тот же молодой парень»
— Эдуард Александрович, 50 лет — красивая, солидная дата. С какими мыслями подходите к юбилею?
— Уже чувствую себя на 50 лет, есть такое ощущение. Месяца два-три ходил с мыслью, что вот — полтинник, постепенно готовился к этой цифре. Возрастные изменения глупо отрицать: зрение уже не то, что раньше, физически и морально всё это ощущается. Но желание работать дальше есть, так что ещё поработаем! А внутренне я себя на 50 не чувствую, в душе молодой, как и прежде. Иногда даже сплю и вижу сны, что сам боксирую в ринге. Но проснешься, посмотришь на себя в зеркало и понимаешь: «Нет, уже не то».
— В каждом возрасте есть свои преимущества. В 50 лет они какие?
— Да в том, что дожил уже — и хорошо! Многие до этой цифры просто не доживают.
— Ваш тренерский стаж почти 30 лет. Помните момент, когда окончательно перешли из спортсменов в наставники?
— Переломный момент случился в 1998 году. Я тогда еще сам тренировался, но уже возился с детьми. Идет первенство области. Выставил команду и решил боксировать. В итоге мои все выиграли, а я единственный проиграл. После этого два дня ни с кем вообще не разговаривал, ушёл в себя. Потом пообщался со своим наставником Алексеем Анатольевичем Соколовым. Он-то и посоветовал окончательно перейти в тренеры.
Побег из Баку
— Мало кто знает, что ваш путь в Ульяновск лежал через трагические события на Кавказе.
— Моя бабушка была армянкой, а жили мы в Баку. Когда вспыхнул нагорно-карабахский конфликт, начались гонения. Всё произошло очень резко. Мать на тот момент в Москве, мне 13 и я в Баку с сестрой и бабушкой. Нам пришлось экстренно вылетать в Казань. Зима, мороз под 30 градусов, а мы вылетали в полулетней одежде, с собой вообще ничего не успели взять. Потом в статусе беженцев пять лет прожили в пионерском лагере под Москвой. Во всей этой неразберихе даже потеряли связь с отцом, они с матерью были в разводе. Нашёлся он уже много позже. А в Ульяновск мы приехали по распределению, когда получили здесь квартиру. Приехали я, мама, сестра и бабушка.
— В Ульяновске вы сразу пришли в спорт?
— Мне было 17. Тогда как раз начался бум кикбоксинга — везде реклама, фильмы с Жан-Клодом Ван Даммом. Под Москвой у меня не было возможности тренироваться, а в Ульяновск я приехал и записался в секцию в первый же день к тренеру Юрию Михайловичу Порозову! У него выполнил норматив первого спортивного разряда, а затем перешел к Алексею Соколову и стал кандидатом в мастера. В 1997 году на турнире в Уфе мне буквально одного победного боя до мастера спорта России не хватило — завоевал «бронзу».
— 90-е у многих ассоциируется с криминалом, группировками. Вас эта сторона жизни зацепила?
— Бог миловал. Я всё время проводил в спортзале, пахал по две тренировки в день. На улицах драки, конечно, были, не буду лукавить. Но я ни в каких группировках никогда не состоял. На районе меня все быстро узнали: молодой парень, спортсмен, кикбоксёр. Если во дворе компании собирались, я мог за своих ребят заступиться. Но ко мне никто не докапывался, да и сам я приключений не искал.
— Сейчас не скучаете по Баку?
— Я был там в 2010 году на чемпионате Европы уже как тренер сборной России, встретился с одноклассниками. До сих пор с ними созваниваемся. Но когда я приехал туда в 2010-м, это был уже совсем другой город. Когда я там жил, Баку был самым интернациональным городом дружбы народов, там все было на русском языке. А сейчас по-русски уже мало кто разговаривает. Я бы там уже не смог жить — атмосфера и окружение изменились. Если у тебя там нет близких людей, что тебе там делать? Ни капли не жалею, что судьба в своё время привела меня сюда. Ульяновск меня очень хорошо принял, я здесь чувствую себя как дома, будто всю жизнь живу. Переезд лишил нас многого, но он сделал меня другим человеком. Будь я в Баку, неизвестно, кем бы я вообще стал и связал бы жизнь со спортом.
Эдуард Островский с мамой Ириной Яковлевной.
Боль за ученика: «До сих пор не считаю, что он накриминалил»
— Если говорить об учениках, вся область помнит историю вашего титулованного воспитанника, чемпиона мира Эмина Паняна, который попал в громкую криминальную историю и даже получил условный срок. Не было чувства, что где-то недоработали как наставник?
— Я считаю, что моей вины тут нет. Эмин — это ученик, каких больше не будет, спортсмен с потрясающей психологией и огромным талантом. Да, на улице он дрался в десять раз больше, чем я в его возрасте. Но то, что он попал в криминал — это, скорее, следствие его работы в органах. Он ведь служил в отделе по борьбе с организованной преступностью. Там своя специфика. Столкнулся с ситуацией и попытался сам всё разрулить, вместо того чтобы написать официальный рапорт о вымогательстве, как положено сотруднику. Был бы он простым гражданским, вообще бы ничего не было.
Я до сих пор нормально отношусь к Эмину, мы в хороших отношениях. Он мне всегда говорил: «Если бы не вы, я стал бы бандитом». В своё время спорт действительно уберёг его от улицы. Он сделал колоссально много для ульяновского спорта, единственный в истории области выиграл первенство мира по боксу! Меня долгое время везде узнавали именно как тренера Паняна. Единственное, за что по-настоящему обидно — его лишили звания Заслуженного мастера спорта. Мы к этому шли много лет, он его заслужил потом и кровью. На мне лично эта история никак не отразилась: процесс идёт, у меня постоянно тренируются новые ребята.
— Сложно сейчас находить новых Панянов?
— Увидеть талантливого ребёнка может любой опытный тренер. Проблема в другом — сейчас катастрофически сложно с мотивацией. В спорте надо пахать, а удерживать детей тяжело. Попадается способный парень, но начинается половое созревание, гормональный сбой, или в семье проблемы — и всё, интерес пропадает. Довести до высокого класса и сохранить спортсмена — это колоссальный труд. Современная молодежь сильно отличается. Сейчас детей в зал приходится затаскивать чуть ли не из детского сада. Тот же Игорь Копылов — неоднократный чемпион России — пришел ко мне в 10 лет после карате, Панян — в 11 лет. А сейчас, если вовремя не привёл ребёнка в школьном возрасте, ему потом тяжело выдерживать конкуренцию. И если семья не мотивирует, один тренер ничего сделать не сможет.
— Чтобы говорить с ними на одном языке, блогером становиться не приходится?
— Многие тренеры сейчас так делают, ведут соцсети, но я человек старой формации. Выкладывать что-то, вести блоги — не люблю. Иногда, конечно, просят сделать фотоотчёт, но для меня главный показатель — результат. Приехал, выступил, привез медали. Кому интересно, сейчас все бои в прямых трансляциях смотрят, это во времена нашей молодости видеозапись боя была дефицитом и роскошью.
Семейный тандем и романтика без цветов
— Ваша супруга Светлана — тоже Заслуженный тренер России. Её история уникальна: из воспитателя детского сада — в элиту тренерского цеха страны. Как создавался этот проект?
— Да, это полностью мой проект (улыбается). Когда мы начали встречаться, она только устроилась воспитателем в детский сад. Поженились, и через полгода я перевёл её работать к себе, в Центр детского творчества, в секцию кикбоксинга. Объяснил, что мне нужна помощь, надо впрягаться. Она подхватила эту идею. Сама она окончила Институт культуры и искусств, но прошла полную переподготовку на спортивное отделение и начала тренировать. Сегодня у нас полноценная командная работа. Светлана взяла на себя всю колоссальную бумажную и цифровую рутину. Все эти бесконечные спортивные приложения, отчеты, заявки от клуба и частично от Федерации, списки сборных для Минспорта — всё печатает и отправляет она, я с себя это полностью снял. Плюс она успешно работает судьёй на соревнованиях.
— А где во всем этом шквале документов и тренировок место для романтики? Как часто дарите жене цветы?
— Цветы дарю редко, от слова совсем. Большие букеты дарил только на рождение детей, когда из роддома её забирал. Ну и когда она звание Заслуженного тренера получила, тоже небольшой букетик подарил (смеется). Романтика у нас в другом — у нас здоровая, крепкая семья. Трое детей — два сына и дочка, никто не курит, все при деле. Чтобы совсем скучно не было, ещё и собаку завели. Нормальная спортивная семья.
Дружная семья Островских: Эдуард, супруга Светлана, сыновья Давид и Демид, дочка Даяна.
— Вы в кикбоксинге уже больше тридцати лет. Остались ли в этом спорте для вас какие-то загадки?
— Я знаю о кикбоксинге много, но точно не всё. В нём огромное количество дисциплин, постоянно меняются правила, условия. Всегда есть над чем работать и куда развиваться. Рано или поздно кикбоксинг станет олимпийским видом спорта, и тогда начнётся совершенно другая история. Так что нам точно есть ради чего продолжать пахать.
Островские Давид, Эдуард и Демид на мастер-классе олимпийского чемпиона по боксу 2020 года Альберта Батыргазиева.
— Самый главный подарок на юбилей вы уже получили?
— Главный подарок мне сделал сын Давид. В этом году он выиграл первенство России сразу в двух дисциплинах кикбоксинга! Многие, кстати, не верили в него. Говорили, что не особо способный, не особо талантливый и недостаточно координированный от природы. Но у него потрясающая спортивная психология. Он умеет слушать. Может, конечно, возразить, сказать что-то своё, но потом сразу прислушивается и делает ровно то, что надо. Режим, дисциплина. Я с ним в этом плане очень строг, работа была проделана серьезная, и его победа принесла мне огромное отцовское и тренерское удовольствие.
Фото предоставлены Эдуардом Островским
Наш канал в Макс, срочно подпишись!
