В преддверии думской избирательной кампании Ульяновск посетила известный федеральный журналист, телеведущая и общественный деятель Марина Ким. В эксклюзивном интервью 73online.ru она рассказала о своей принципиальной законотворческой инициативе «Мамин ОКВЭД», объяснила, зачем городу баннеры с мамами-супергероями, и честно ответила ульяновским скептикам, почему статус «варяга» в Москве — это главный козырь для решения застарелых проблем регионального ЖКХ.
Тайна женщин в плащах
— Недавно в Ульяновске появились загадочные баннеры с мамой-супергероем. Расскажите о проекте «Ты просто супер, мам». О чём он? Как родилась эта идея?
— Идея родилась дома, из разговора с дочерью. Она однажды сказала мне: «Мам, ты столько всего делаешь, столько всего успеваешь. Ты просто супер, мам!» И меня это по-настоящему зацепило — не потому, что я считаю себя супергероем, а потому, что я сразу подумала: сколько таких мам по всей стране? Миллионы. Они работают, воспитывают детей, ведут домашние дела, помогают родителям, запускают свои проекты, решают чужие и собственные проблемы — и всё равно находят силы обнять, выслушать, поддержать. Так и появилась кампания ко Дню защиты детей: баннеры с изображением женщины в плаще супергероини и надписью «Ты просто супер, мам» в Москве, Санкт-Петербурге, Ульяновске, Самаре, Оренбурге. Этот проект не про политику, а про то, чтобы труд миллионов матерей замечали и ценили.
— Можете ли вы про себя сказать, что вы мама-супергерой?
— Я обычная мама, которая сталкивается с теми же трудностями, что и миллионы российских женщин. У меня бывают дни, когда всё валится из рук, когда не хватает часов в сутках. Наверное, мой «супергероизм» только в том, что я научилась не сдаваться, жёстко планировать время и расставлять приоритеты. Но до идеала мне далеко, и я этого не скрываю.
Зачем бизнесу «Мамин ОКВЭД»
— Конечно, вопрос про ваш законопроект ОКВЭД для мам. Вы назвали эту инициативу своей «принципиальной позицией и личной историей». Расскажите коротко о законопроекте и почему он вас так трогает?
— Инициатива, которую мы с коллегами по фракции внесли во главе с Сергеем Мироновым, получила рабочее название «Мамин ОКВЭД», и для меня это глубоко личная история. Мы предлагаем льготный налоговый режим для женщин-предпринимателей, которые воспитывают детей до семи лет и работают на упрощённой системе налогообложения или в статусе самозанятых.
Механика простая: регионы получают право устанавливать пониженные ставки по УСН для малого и среднего бизнеса, созданного такими женщинами, а для самозанятых ставку налога на профессиональный доход можно снижать вплоть до одного процента. Это касается огромного числа людей — по данным Корпорации МСП, около 1,9 миллиона женщин работают как индивидуальные предприниматели и ещё порядка 6,5 миллиона зарегистрированы как самозанятые. Женщина с маленьким ребёнком, открывающая своё дело, находится в заведомо менее выгодных условиях, чем предприниматель без семейных обязательств. И поддержка материнства в экономике должна быть не декларативной, а прикладной — через конкретные налоговые механизмы, которые позволяют маме сохранять доход, занятость и возможность развивать свой проект. Документ уже направлен на рассмотрение в Правительство.
О материнстве и балансе
— Вы — успешная женщина в политике и одновременно многодетная мама. Как вам удаётся совмещать жёсткий график Госдумы, командировки в регионы и воспитание троих детей?
— Секрет только в жёсткой дисциплине, тайм-менеджменте и поддержке близких. У меня календарь расписан на недели вперёд, и в нём железно зафиксированы часы, которые принадлежат только детям. Когда я с ними — я полностью выключаю рабочие чаты. Качество времени, проведённого с семьёй, важнее его количества. Важно, чтобы дети видели: мама занята важным и полезным для людей делом.
— Сталкивались ли вы с понятием «выгорание» и где вы берёте ресурс, когда силы и энергия на исходе?
— Слово «выгорание» сейчас в моде, но мне ближе честное определение — обычная человеческая усталость. Восстанавливают меня дети: рядом с ними проблемы большой политики возвращаются к нормальному масштабу, и это отрезвляет. Ещё помогает информационная тишина — хотя бы пара часов без телефона и новостных лент.
— Чему самому важному вы хотите научить своих детей, учитывая, какими быстрыми темпами меняется современный мир?
— Самостоятельности, критическому мышлению и адаптивности. Мир действительно меняется стремительно, многие профессии исчезнут. Но умение проверять информацию, принимать решения, нести за них ответственность и оставаться порядочным человеком — это базовые навыки, которые будут востребованы всегда.
— Как ваши близкие относятся к вашей гиперактивной политической жизни и частым разъездам? Есть ли у вас семейные табу, которые вы никогда не нарушаете ради работы?
— Семья — это моя главная опора, они понимают масштаб моих задач и поддерживают меня. Главное табу — выходные дни: если я не в командировке, мы проводим их вместе без посторонних. Также у нас есть правило: за ужином никаких разговоров о политике и рабочих проблемах, только семейные дела.
— Политическая деятельность часто сопровождается хейтом в соцсетях. Как вы реагируете на критику и ограждаете ли от этого свою семью?
— Конструктивную критику я всегда анализирую — она помогает увидеть пробелы в работе. К хейту и скоординированным атакам у меня за годы работы на телевидении и на фронте выработался абсолютный иммунитет. Семью от этого ограждаю просто: дети не читают комментарии в моих рабочих аккаунтах, у них своя здоровая жизнь.
От «Вестей» до законов
— Вы прошли путь от ведущей «Вестей» и «Доброго утра» до автора жёстких документальных проектов и крупных стримов. Какая ипостась вам ближе: журналист-наблюдатель или политик-активист?
— Это не разные ипостаси, а логичное продолжение одного пути. Журналистика научила меня видеть проблемы людей, глубоко погружаться в тему и задавать неудобные вопросы. Политическая деятельность дала инструменты, чтобы эти проблемы не просто подсвечивать, а реально решать на законодательном уровне. Сегодня я определяю себя как политик-практик.
— Помогает ли вам многолетний опыт работы в кадре и на телевидении в вашей сегодняшней партийной и законотворческой деятельности?
— Безусловно. Телевидение учит говорить лаконично, аргументированно и держать удар в любых дискуссиях. Профессиональный навык коммуникации позволяет мне быстро находить общий язык как с жителями в регионах, так и с коллегами по парламенту или представителями исполнительной власти.
— Информационное поле сегодня перенасыщено. Из каких источников вы сами ежедневно черпаете информацию и как отличаете фейки от правды?
— Я использую профессиональный подход: только первоисточники, официальные документы, данные профильных ведомств и проверенные, авторитетные каналы информации. Если новость вызывает сомнения, я никогда не буду транслировать её, пока не получу подтверждения из двух независимых источников. Навык фактчекинга — это база безопасности в наше время.
— Бывали ли моменты в вашей карьере, когда вам приходилось идти на внутренние компромиссы ради редакционной политики, и как изменилась эта планка сейчас?
— В моей карьере всегда был чёткий ориентир — интересы государства и безопасность наших граждан. В рамках этих ценностей у меня никогда не было внутренних противоречий. Сегодня, занимаясь политикой, я сама формирую повестку и несу за неё прямую ответственность перед избирателями. Моя планка — честность перед самой собой.
Ульяновское досье Марины Ким
— Марина Ким сейчас довольно активно ассоциируется с Ульяновской областью. Как вы оцениваете свой потенциал стать депутатом Госдумы именно от этого региона?
— Это решают избиратели, а моя задача — работать так, чтобы заслужить их доверие. Ульяновская область — регион стратегический: сильная промышленность, авиастроение, серьёзный аграрный сектор. Нерешённых вопросов хватает, и я вижу свою роль конкретно — добиваться для области федерального финансирования и поддержки там, где регион не вытянет в одиночку. Не обещаниями, а включением Ульяновска в реальные программы и проекты.
— Что вас связывает с Ульяновском, помимо политических задач? Успели ли вы почувствовать специфику и «характер» нашей области?
— Связывают прежде всего люди. Ульяновск — город с глубоким историческим бэкграундом и особым, твёрдым волжским характером. Жители здесь очень прямолинейные, они не любят пустых обещаний и сразу требуют конкретики. Мне такой подход близок — я сама привыкла работать на результат, без лишней воды.
— Вы уже неоднократно бывали в Ульяновске. Какие три главные проблемы Ульяновской области вы выделили для себя в первую очередь и как планируете их решать на федеральном уровне?
— Первое — изношенная коммунальная инфраструктура и водоснабжение, особенно в малых городах и сельских районах области. Второе — расширение социальных гарантий для семей с детьми; именно здесь моя инициатива «Мамин ОКВЭД» работает напрямую на регион. Третье — рабочие места: нужно удерживать молодёжь и специалистов в области, а для этого — загружать местную промышленность заказами и инвестициями. Инструмент один — включение Ульяновской области в национальные проекты и целевые федеральные программы, где финансирование идёт из центра.
— Часто федеральных политиков в регионах воспринимают как «варягов». Что вы можете ответить ульяновским скептикам, которые считают, что столичный депутат далёк от нужд ульяновцев?
— Статус федерального политика — это не минус, а огромный плюс для региона. У местного депутата часто связаны руки рамками регионального бюджета. У меня есть прямой доступ в федеральные министерства, ведомства и возможность лоббировать интересы Ульяновской области на самом высоком уровне. Судить обо мне нужно не по прописке, а по конкретным делам и решённым проблемам.
— Как вы планируете выстраивать диалог с местными элитами и губернатором, учитывая вашу партийную принадлежность?
— Интересы жителей Ульяновской области выше любых партийных разногласий. Конструктивный диалог с руководством региона и местным экспертным сообществом — это обязательное условие для эффективной работы. Мы можем дискутировать по методам, но цель у нас одна — развитие региона и благополучие людей. Профессионализм всегда находит точки соприкосновения.
Наш канал в Макс, срочно подпишись!
