Ульяновские геи, лесбиянки, трансвеститы и бисексуалы застыли в режиме напряженного ожидания. И их можно понять. Еще вчера перспективы ЛГБТ-движения в нашем городе были довольно смутными. Свет надежды забрезжил, когда в Ульяновске на базе областной научной библиотеки им. В.И.Ленина был открыт Центр толерантности.

Хорошо известно, что активное продвижение ЛГБТ-идеологии – визитная карточка современного Запада. Свежий пример – Открытое письмо В. Путину в защиту прав российских геев, подписанное двадцатью семью нобелевскими лауреатами, выступающими за толерантность и сексуальное просвещение наших детей.

Почему бы Ульяновску первому не сломать отделяющую нас от Запада плотину, выстроенную из нетерпимости и гомофобии, заложив традиции ульяновского гомосексуализма? Так сказать, прорубить окно в Европу. Ведь сколько бы мы не учили английский язык, сколько бы не обучались бизнесу и рынку, все это не то. Пока мы не станем полноценными геями, Запад не признает нас за своих.

Это прекрасно понимают все просвещенные российские либералы. Возьмем самого популярного и успешного из наших либералов - Михаила Прохорова. С тех пор, как Прохоров занялся политикой, он неустанно пропагандирует идею слияния России с Западом: «России нужно сделать решительный стратегический шаг на сближение с Европой — присоединиться к Шенгену и войти в зону евро».

Легко сказать, но как это сделать? Обязательным условием интеграции с Европой является легализация ЛГБТ-движения. В частности именно такой пункт был ультимативно предъявлен Украине в качестве условия ее «ассоциативной интеграции» с Евросоюзом. Как быть в этой непростой ситуации? Наблюдая за регулярными избиениями ЛГБТ-активистов на наших улицах и площадях, можно прийти в отчаяние. Совершенно очевидно, что народы России катастрофически отстали в своем развитии. В нынешнем нашем запущенном состоянии мы явно не готовы братски встретить дружественные гей-парады.

Данный пункт является причиной множества жизненных трагедий. Так например, известный бизнесмен густо прозападной ориентации Леван Васадзе сдался и заявил: «Если цена вхождения Грузии в Европу — вот ЭТО… то я не хочу в такую Европу».

К чести Прохорова он не сдается и не опускает руки. Прямо сейчас в ходе сочинской Олимпиады на РБК Daily, который является частью холдинга РБК, принадлежащего Прохорову, вовсю идет реклама «первых российских ЛГБТ-игр», которые пройдут в Москве после закрытия Олимпийских игр в Сочи. Зачем нам российский биатлон? Кому он, кроме нас интересен? Гей-Игры – вот, что нам нужно, если мы не хотим вечно прозябать на задворках Европы. Гей-Игры и Центры толерантности.

Возвращаемся в Ульяновск. Центры толерантности, создаваемые по всей стране на базе библиотек и образовательных учреждений– это часть просветительского проекта, реализуемого сподвижниками Михаила Прохорова. Председатель правления института толерантности Екатерина Гениева является одновременно членом федерального гражданского комитета партии «Гражданская платформа», у истоков которой стоит Прохоров.

Особый акцент в деятельности института ставится на работе с детьми. Взрослое население России, воспитанное в традициях мракобесия, пожалуй, что навсегда потеряно для толерантности. Если нашему брату русаку, какому-нибудь слесарю дяде Боре, залепить в лоб ЛГБТ-рекламу, он сдуру схватится за разводной ключ. Дети – другое дело.

Не случайно, самым перспективным начинанием Института является проект «Другой, другие о других», в рамках которого издано несколько книг, предназначенных для детского чтения. Автор одной из них «Семья у нас и у других» В.Тименчик, не скрывает, что в ее книге содержатся пассажи, повествующие о гомосексуальных семьях. По словам самой В.Тименчик: «Эта книга у нас многострадальная. Некоторые её просто не приемлют, она вызывает ужас, отторжение».

Когда «многострадальная книга» поступила в ульяновский Центр толерантности от московских поборников ЛГБТ-просвещения, корреспондент 73online Александра Скворцова решила убедиться, насколько справедливо предупреждение автора книги насчет «ужаса и отторжения». Действительность превзошла ожидания. Александра Скворцова испытала настоящий шок, обнаружив в книге не только пассажи о гей-семьях, но еще занимательные рассказы о лесбийских браках, об инцесте, о «женах-юношах 12-20 лет».

Итогом знакомства Скворцовой с продукцией Института толерантности явились две содержательных реплики. Первая: «У меня просто нет слов. Впрочем, возможно, я не толерантна». Вторая: «Надо сказать, что в стране действует федеральное законодательство, запрещающее пропаганду гомосексуализма и педофилии».

Как вскоре выяснилось, обе эти реплики были услышаны. Прокуратура Ульяновской области заявила о начале проверки Центра толерантности, желая выяснить, действительно ли в Центре имеется литература, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения.

Тут мы приблизились к самому драматическому пункту современной гей-истории Ульяновска. Сегодня решается, будут ли на корню задушены надежды на европейское будущее нашего города.

Зададимся роковым вопросом. Как в этой критической ситуации должны вести себя люди доброй воли? Трусливо отсидеться на кухне, топя в бессильных слезах едва затеплившуюся искру, из которой никак возгорается пламя? Или выйти на передовую с открытым забралом?

Ульяновск не подкачал. В защиту попираемой толерантности выступили сразу 6 местных журналистов, известная пиарщица и малоизвестный блогер, объединившиеся в неформальное сообщество с загадочным названием «Шапка». Почему «Шапка»? Об этом чуть позже.

Первым делом «Шапка» обнародовала заявление, в котором обвинила все местные СМИ в «черном пиаре» и «откровенной пропаганде». Единственным исключением из правила были названы журналисты самой «Шапки». Что неудивительно. Известно, что один из лидеров объединения Сергей Гогин аж с 1996 года работает на Радио Свобода. А Радио Свобода в свою очередь, как сказано в Википедии, финансируется Конгрессом США, и кроме того, активно размещает на своем сайте материалы в поддержку угнетаемых у нас сексменьшинств. Понятное дело, у американского Конгресса и Радио Свобода 100-процентное алиби в отношении толерантности. Это, можно сказать, наши маяки. А сам Гогин – единственный в Ульяновске эксперт со стажем по всем вопросам, касающимся толерантности.

С высоты недосягаемых для нас западных этических и правовых принципов, он по косточкам разобрал статью Скворцовой «Сказки о педофилии и гомосексуализме и вынес убийственный вердикт: статья «Сказки о педофилии и гомосексуализме» противоречит нормам закона о СМИ…и требованиям Кодекса профессиональной этики журналиста».

Главная претензия Гогина к Скворцовой состоит в том, что наша журналистка постоянно навязывает читателю свои оценочные суждения, вместо того, чтобы беспристрастно излагать факты насчет инцеста и гомосексуализма. Увы, это действительно так. Александра Скворцова родилась и сформировалась в России, где до сих пор по старинке принято подвергать нравственному осуждению все явления, которые подпадают под категорию зла. Нравственность отсталых народов требует в обязательном порядке не только отвергать зло, но и бескомпромиссно бороться с ним. А все, что связано с трансвеститами и бисексуалами, гомосексуалистами и лесбиянками, это не просто зло в глазах отсталых народов, это вырождение, деградация и это черная жуть. Русская женщина будет грызть зубами и рвать на куски всякого, кто посмеет при ее ребенке пусть даже беспристрастно заикнуться о фактах, связанных с ЛГБТ. И не важно, под каким соусом они преподносятся. Поэтому Скворцова при всем желании не может быть беспристрасной, «Да скифы мы, да азиаты мы!»

В глазах современного Запада нравственный суд и радикальное отвержение зла – это признак варварства. Слова Лермонтова: «К добру и злу постыдно равнодушны» русский человек воспринимает, как укор, западный – как комплимент. И сколько бы Гогин не доказывал Скворцовой и другим русским женщинам, что факт наличия геев «это не хорошо и не плохо, это просто факт», наши женщины поверят Лермонтову, а не Гогину.

Окончательный вердикт Гогина в отношении статьи Скворцовой можно признать вполне справедливым и заслуженным: «Автор статьи выступает адвокатом нетерпимости… Статью следует признать необъективной, неэтичной, манипулирующей общественным мнением и могущей нанести вред Центру толерантности». Если бы оценка Гогина была иной, Александра Скворцова скорее всего сильно бы расстроилась.

Спасибо Гогину за то, что он расшифровал для отсталой ульяновской публики смысл слова толерантность. Гогину, как эксперту вполне можно доверять, не зря он учился в вашингтонском American University. Теперь уже нет никаких сомнений относительно того, что за Центр открыт в Ульяновске. Дружба народов, которой якобы должен способствовать Центр толерантности, это всего лишь прикрытие для других целей. Как, скорее всего, и сама «Шапка».

Но можно копнуть и глубже. Если выражаться нетолерантно, а прямо называть вещи своими именами, то приходится признать, что идеология толерантности прямо работает на идеологию «Большой Попы», как новейшей социальной категории, на которой свихнулся Запад. Не исключено, что и само наименование «Шапка» связано с этим новейшим социальным феноменом. Действительно, почему вдруг неформальное сообщество ульяновских журналистов выбрало для себя столь странное название как «Шапка»?

Шапка – вещь символическая, т.е. указывает не на себя, а на что-то иное. На что? У многих народов шапка указывает на принадлежность к определенному сословию. О каком сословии может идти речь в нашем случае, вряд ли стоит объяснять. Но на сайте ульяновской «Шапки» изображен не обычный головной убор, а так называемая сванская шапка – шапка, которую носит народ сванов. Само собой, сваны не имеют ни малейшего отношения к гомосексуализму. Чего не скажешь о Сване – герое известного романа Марселя Пруста. В таком случае символика ульяновской Шапки вполне определенно указывает на символику Попки.

Разумеется, это всего лишь гипотеза. Но ее легко проверить. На сайте «Шапки» размещена информация о том, что члены вольной организации встречаются в последнюю пятницу каждого месяца в 18.00 в кафе "Старый город", куда они приглашают всех интересующихся толерантностью. Так вот, надо зайти в назначенный час в кафе, демонстративно и нарочито громко заказать двойную порцию голубцов и произнести сакраментальную фразу: «Шапка зудит, Шапка в огне, Шапка зовет, Шапка поет». Если вас встретят, как родного, значит, наша гипотеза не лишена оснований.

Андрей Шишков