Сегодня 60-летие отмечает Митрополит Симбирский и Новоспасский Лонгин. Так получилось, что его юбилей практически совпал с датой его назначения на пост главы Симбирской Епархии. За год священнослужитель успел познакомиться с Ульяновском и его жителями, завести кошку Мышку и завоевать доверие прихожан. В праздничном интервью он рассказал, как проведет 60-й день рождения, о попытках воспитывать свою кошку и борьбе с коронавирусом.

— Отмечаете ли вы дни рождения? Если да, то как?

— Сколько себя помню, по крайней мере, в монашестве, я никогда не отмечал свой день рождения. Все те годы, когда я был настоятелем Подворья Троице-Сергиевой Лавры в Москве, а потом саратовским архиереем, я каждый год в этот день куда-нибудь уезжал. Последние 15–20 лет — в деревню в Костромской области. Там просто служил Литургию в сельском храме, торжеств не устраивал, никого не звал. Других традиций у меня не было, ни обычных, ни необычных подарков — тоже.

Дело в том, что для монашествующего главный праздник — это тезоименитство (именины), то есть день памяти святого, имя которого он носит. При этом в центре внимания оказывается этот святой, молитва ему, его подвиг — а не сам человек. В этом отличие христианских именин и дня рождения.

В этом году впервые за много лет я был вынужден остаться на месте. Как буду отмечать юбилей? Так же, как всегда, — буду служить в храме литургию. Наверное, кто-то придет меня поздравить. Каких-то широких торжеств я не устраивал и не устраиваю.

— Какие мысли Вас посещают в преддверии юбилея?

— О том, что пора уже как-то начать подводить итоги. 60 лет — это немало.

— Знаю, что Вы очень любите грузинскую еду, будет ли у вас что-то из таких блюд на столе в день рождения?

— Не могу сказать, что я люблю ее как-то по-особенному. В отношении еды я не имею каких-то особых предпочтений, ем все, что дают.

— Как поживает ваша кошка? У вас ранее уже бывали домашние животные?

— Кошка поживает просто замечательно! Сколько я себя помню, у меня всегда были разные домашние животные — птицы, кошки, бурундук… Даже сурок домашний жил.

— У меня тоже есть домашние животные, и они постоянно что-то роняют и царапают. Ругаюсь на них часто. А как вы относитесь к проказам своего питомца? Ругаетесь?

— Бывает, что и поругиваю. Пытаюсь воспитывать, но это плохо получается. Моя кошка — очень самостоятельная, с характером.

— А вы вообще испытываете злость когда-нибудь?

— Я живой человек. Конечно, бывает, злюсь. Но стараюсь всегда следить за собой и исправлять свои ошибки.

— Вы переболели коронавирусом, даже лежали в больнице. Тяжело переносили? Были ли какие-то последствия?

— Да, болел достаточно тяжело, лежал в больнице. У меня было около 60% поражения легких. Потом достаточно долго приходил в себя, была быстрая утомляемость, усталость. Те последствия коронавируса, о которых обычно говорят, почти все у меня проявились в свое время. Но сейчас все постепенно приходит в норму.

— Вы уже год в Ульяновске. Что можете сказать о городе и его жителях?

— Ульяновск — замечательный город, говорю это абсолютно искренне. Очень зеленый, красивый, достаточно тихий. По крайней мере, центр города очень хорош. В нем сохранилось много исторических зданий, в том числе и деревянных, что удивительно.

Плохо, что здесь были уничтожены практически все храмы и монастыри. То, что сейчас восстанавливается или строится заново, — лишь крохотная часть того, что было до революции. Когда я приехал, мне подарили календарь с изображениями утраченных храмов Ульяновска, который издали местные краеведы. В Симбирске были замечательные, очень красивые храмы, начиная от величественного Троицкого собора и заканчивая обычными приходскими церквями. Были представлены практически все основные стили русского церковного зодчества — и ничего не осталось… Это очень больно.

У меня самые добрые и самые приятные впечатления от жителей Ульяновска и прихожан ульяновских храмов.

— Какие проблемные вопросы за этот год вы увидели, которые необходимо решить в регионе?

— Думаю, этот вопрос не ко мне, скорее, к губернатору области. Я не считаю себя вправе комментировать какие-то проблемы региона, да пока еще и не всё знаю. Могу говорить о проблемах церковной жизни, с которыми столкнулся. Это, в первую очередь, недостаточное количество храмов и духовенства, отсутствие духовной семинарии.

— Саратовцы все еще пишут Вам?

— Да, многие пишут и приезжают. Саратов еще меня не покинул.

— Как вы пришли к вере?

— Думаю, так же, как и многие. У меня была верующая бабушка, которая водила в храм всех своих внуков. Впоследствии, уже будучи студентом, я задавал себе так называемые вечные вопросы и нашел на них ответ в Церкви.

— Никогда не жалели о своем выборе быть верным Богу и служить ему?

— Нет, не жалел никогда.

— Как Вы проводите свободное время?

— Свободного времени у меня немного. Сейчас, после ковида, стараюсь больше отдыхать, чтобы быстрее восстановиться.

— Вы заядлый грибник — уже ходили собирать в Ульяновской области?

— За грибами, к сожалению, пока не ходил, потому что лето было сухим, и пока лес пустой. Но всё-таки собираюсь, слежу за ситуацией, и как только появятся грибы, обязательно пойду.

— Вы посещаете свою родину Абхазию? Когда были в последний раз?

— В Абхазии бываю крайне редко. После войны 1992-го года был максимум два раза.

— У вас есть мечта?

— Скорее, не мечта, а желание — благоустроить церковную жизнь Симбирской епархии. Когда удается что-то сделать вопреки всем субъективным и объективным обстоятельствам и препятствиям, понимаешь, что ты не напрасно живешь на свете.

Елена Скворцова