Влад Лисовец, российский стилист, знаток моды, теле- и радиоведущий, владелец сети салонов красоты CONTORA lisovets, основатель школы стиля LISOschool, приехал в Ульяновск на десятилетие «Аквамолла». На мастер-классе он рассказал, как выглядеть модно и немодно, почему мужская брутальность в России — ненастоящая, кого именно в нашей стране можно назвать иконой стиля и как последние события изменят то, во что мы будем одеваться.

О том, что стилист едет в Ульяновск, он активно рассказал в сториз в соцсетях. А по приезду позвал всех на свое выступление.

И поддержал Ульяновск на ладошке.

Лисовец восхитился просторами Волги: «Какие виды! В прошлый раз я и не заметил, что река такая огромная», — не скрыл эмоций стилист.


На публике Лисовец предстал в элегантном черном костюме с массивной цепью и волосами до плеч. Поклонники стилиста назвали его прическу чудесной и поинтересовались, какой подарок он ждет на свой юбилей (9 августа Владу исполнится 50 лет).

— До этого момента мне казалось, что мне хорошо и ничего не надо, все есть. Но я понимаю, что самым большим подарком будет, если люди воспримут то, о чем я рассказываю, осмелеют, примерят это на себя и выйдут на улицу красиво одетыми. Это бы меня вдохновляло.

Для меня вдохновение — главное в жизни. И иногда его очень не хватает. Я живу в России, мне хочется, чтобы люди чуть лучше одевались и больше улыбались. Пока это делаю я и мое окружение. Езжу про городам и вижу, что люди сильно озадачены.

Одна их юных поклонниц подарила Владу кольцо из бисера. «Подошла и просто надела. Это так мило, так здорово», — рассказал стилист.

Одна из юных почитательниц поинтересовалась, как выделиться из толпы.

— Сегодня трудно выделяться в школьной форме. Как ее можно украсить?

— Я рос в советское время, но сопротивлялся. И вот перед вами сижу такой, какой есть. Мне не разрешали сопротивляться. Маму все время вызывали в школу. Но я понял, что не нужно тратить на это энергию, лучше сохранять ее, чтобы пустить на более важное. Смысл самоутверждаться в школе? Лет через 10 из этих людей вы мало с кем будете общаться. И тогда уже нужно сформировать свой стиль, который будет на вас работать. А в школе надо заниматься оценками, доброжелательностью, коммуникациями. Одежда на втором месте, так что школьную форму нужно принимать как фишку.

— Вы одевали немало звезд. Кого можете назвать иконой стиля?

— Икона для меня — это врожденное, человек, который сам умеет одеться. Таких очень мало. Есть красивые женщины, но они все хорошо выглядят с помощью стилистов. Когда видишь их дома на отдыхе, зачастую даже тапочки с шортами не могут совместить. Поэтому это божий дар. Россия — это не про стиль. Этот момент мы должны отпускать, не быть очень требовательными. Это не наша сильная сторона.

— Так все-таки, кто у нас икона стиля?

— Я.

— Как вы оцениваете перспективы развития ульяновских брендов и в целом российской фэшен-индустрии?

— Я обычно привожу в пример историю про сыр. Семь лет назад у нас ввели санкции, а я очень его люблю. И я подумал, что вкусная сырная история закончилась, нужно его привозить откуда-то или где-то искать. А сейчас я могу возле дома купить вкусный краснодарский сыр, очень крутой.

Всегда есть плюсы и минусы. Если у бренда есть философия, его создатели четко понимают, на кого они ориентированы, это всегда выстреливает. Я до этой ситуации не знал, что в России столько брендов одежды, столько ребят, которые делают много интересного. На фоне монстров их было не видно. Сегодня же есть шанс у каждого. Плюс, конечно, деньги. Так что надо правильно их вложить, раскрутить.

— Чем региональные бренды отличаются от столичных?

— Московские бренды используют основной тренд и пытаются понравиться очень быстро, стать коммерчески успешными. Используют то, что хорошо продается. В регионах же люди незашоренные и пытаются больше заниматься творчеством. В Москве все бренды одинаковые — я зашел в магазины, у всех по несколько одинаковых изделий разного цвета. Это бизнес. В регионах люди делают единичные экземпляры, не боятся миксовать. Это не всегда хорошо или плохо, но в этом непохожесть и индивидуальность.

— Как вы подбираете наряды утром? По настроению или планируете с вечера?

— Чтобы что-то получилось, нужно отпустить ситуацию. Я сразу вычисляю людей, которые наряжаются специально. Я вчера пытался понять, в чем сегодня здесь быть — это оказалось невозможно. В 6 утра я все поменял, у меня просто стало другое нас троение. Я мог бы прийти в джинсовой рубашке, но я должен был быть авторитетным, поэтому нужен пиджак.

Нужно учитывать моменты, которые важны для коммуникаций с обществом. Я хотел быть в черном, думал, как в Ульяновске это воспримут? Он мне очень идет. Но хотелось быть наряднее, ярче. Сегодня же я чуть трансформировал образ и приехал в том, как я чувствую. Только тогда вы поймете, что я говорю.

Если вы будете обманывать одеждой, то не сможете честно говорить и работать. Я такой, как есть, и одежда помогает мне мое состояние чуть подкорректировать. Поэтому я не продумываю образ никогда.

— Обычно молодые девушки следят за модой и стилем, но переходя определенный рубеж — у всех он разный — в них побеждает «тетя». Что делать, как найти силы, чтобы ею не стать?

— Я общаюсь с молодыми, не отвергаю сегодняшний день, не говорю, что в наше время было лучше, а у молодежи хуже. Нужно присматриваться к их смелости и легкости, которые мы с возрастом теряем.

Мой совет — ни в коем случае не следовать шаблонам, придуманным социумом. Кто сказал, что женщина после 40 не должна носить много украшений — в райкоме партии? После 40 жизнь только начинается, дети уже взрослые, поэтому ты можешь себе позволить все.

Второе — это легкость и улыбка. Быт делает тебя тяжелым, ты взваливаешь на плечи багаж знаний, которые превращаются в тяжелый рюкзак. Знания нужно превращать в добро. Если вы легки, улыбаетесь, принимаете все, как есть, возраста нет. У меня мама в 76 лет радуется мелочам, маленькому кусочку тортика, как маленький ребенок. Если вы сохраните это умение, жизнь будет прекрасной.

Сегодня я сел в гримерку, а там стоят фантастические гладиолусы лавандового цвета, которые выращивала какая-то бабуля. Я обязательно заберу их собой. Сижу и смотрю, какие красивые линии, подпитываюсь цветом. Если вы научите себя это видеть, останетесь ребенком, старость вам не грозит.


Мне все равно, что мне 50 и я должен быть солидным дядей в дорогих валютных костюмах. Мне это неинтересно, я буду другим дядей. Легким, улыбающимся, который будет смотреть на гладиолусы и кайфовать.

Так что будьте легкими, не превращайтесь в учителя. Такие женщины, и особенно мужчины, всегда красивы.

— Вы сказали, что черный вам идет. А какой цвет идет всем людям?

— Наверное, белый — он всех освежает, особенно летом. Это цвет души, он очень идет тем, кто изнутри свеж, а не очень хороших людей сильно выдает. Но я понял со временем, что это все игра — то, что людей поделили на цветотипы и формы. Я знаю, что можно поменять помаду, цвет волос, добавить золотую цепь поверх лимонного цвета, и это будет выглядеть прекрасно. У нас же, чтобы было проще, запрещают. Быть свободным — это носить что хочешь, миксовать. Это тяжело, это самоуправление. Проще сказать, что черный — траурный, белый — это лето, конкретная женщина — теплая. Мне иногда пишут, что я теплый, и холодные цвета мне не идут. А то, что холодный конфликтует, и я выгляжу еще более теплым, не учитывают. Так что просто выбирайте то, что нравится, и получайте удовольствие от жизни.

— То, что происходит сегодня в мире, сильно повлияет на моду?

— Думаю, да. Ковид повлиял в лучшую сторону, сменил тренд повседневной одежды. Перед вылетом сюда я решил вдохновиться, чтобы привезти хорошее настроение. Сел в ресторане на улице, столик неудобный, маленький, но видно людей. И все женщины были в платьях! За время ковида устали от повседневности.

Сегодня государство огромное количество сил тратит на продвижение российского, помогает брендам, они становятся супертрендом. Для нас это хорошая ситуация: Запад начнет терять большие деньги. Наш рынок огромный, и на западную одежду у нас тратили миллиарды. Поэтому многие марки не хотят уходить, никто не хочет расставаться со вторым в мире рынком по потреблению лакшери-брендов.

Нас ждет разнообразие — все начнут шить, надо чем-то заполнять торговые центры. Но если раньше в моде были 90-е, потом 70-е, сейчас 2000-е, то скоро начнется каша. Мне кажется, что не будет ярких трендов, когда носим только пиджаки, юбки или кожу. Дальше это будет еще больше стираться. Начнется мировой кризис, и людям будет не до тряпок. Мне, конечно, всегда будет до них, это меня вдохновляет, но люди больше будут заниматься собой. И наступит кризис фэшн-индустрии.

Но, думаю, зато вырулим в другом: люди обратятся к духовному. Пора начать думать по-другому, не все заниматься самоукрашением.

— Дайте советы мужчинам — как одеваться?

— В России мужчина лишь бы был. Женщине удобно, чтобы она ходила как царица, а мужчина был несуразный, а то уведут. Так что у нас мужчина должен выглядеть не очень. В России грубость, жесткость воспринимается как брутальность, и этого хочет женщина.

Мне бы не хотелось быть единственным павлином на улице. Но, кстати, сегодня я уже не чувствую себя на московских улицах клоуном — есть те, кто одевается оригинально, носит цветные волосы.

Для мужчины важно, чтобы общество на него не реагировало, чтобы он не подвергался взглядам — надо быть суперсильным человеком, чтобы противостоять всем, как я — в школе, училище, на работе. Сказать: я забил на вас, мне нравится. Я за то, чтобы мужчины стали хотя бы чуть мягче. И это важная работа, которая зависит от того, как сегодня женщины воспитают своих детей.

Из Ульяноска стилист уехал на поезде. В стильных леопардовых шортах.

Виктория Чернышева