В Ленинском районном суде вышли на финальную прямую по делу о резонансной аварии на улице Федерации. Подсудимая Ольга Амирова дала показания и со слезами на глазах признала вину, а ключевой свидетель рассказала, как обычные посиделки с водкой в машине привели к трагедии, искалечившей маленького ребёнка.

В доме семьи пострадавшей до сих пор в шкафу висит детское платьице для выступления на соревнованиях по танцам. Девочка с трёх лет серьёзно занималась, старательно тянула носочек и верила, что однажды будет кружиться на большой сцене. Теперь это платьице будто ждёт момента, который уже не наступит — и в этой тихой, домашней детали горе семьи слышно громче любых слов...

Посиделки в машине и резкий старт

Зал суда замер в ожидании. Заседание началось вовремя. Подсудимая, опустив глаза, теребила носовой платок — то прятала его в карман, то снова доставала, будто искала в этой простой вещи хоть какую-то опору. Адвокат Хамзад Шемильханов сидел рядом, собранный и внимательный. Прокурор Емельянов и защитник Сергей Сазонов заняли свои места — позиции были обозначены. В зал вошёл судья Тимур Хайруллин, и процесс пошёл.

Вызвали Наталью Циплову. Она вошла буднично: штаны с лампасами, куртка, будто собралась в дорогу. Никакой скованности — только готовность говорить. И от этой будничности становилось ещё страшнее: история, которая сломала чью-то судьбу, начиналась как самый обычный вечер.

— Мы с Ольгой дружим, — начала она спокойно. — Точной даты не помню, было в начале августа. Она позвала меня к себе, я пришла. Решили не сидеть дома, а поболтать в машине. Взяли водку, выпили по три рюмки. Она курит стики — вот и поехали за ними в центр. Не думала, что она сядет за руль в таком состоянии, хотя, когда садились, уже было заметно, что она выпивши. Дальше — резкий старт, улица Карла Маркса, выезд на Федерацию… Потом машину занесло. Удар — сначала в машину, потом в лестницу. Крики, толпа… Потом меня опрашивали полицейские, сказали идти домой. Про девочку узнала из новостей на следующий день.

Никаких уточняющих вопросов не последовало. Циплова покинула зал.

Версия подсудимой: «Отказали тормоза»

Судья обратился к Амировой: готова ли она давать показания? Та кивнула. Голос её звучал ровно, будто она специально сдерживала эмоции, чтобы не рассыпаться прямо здесь:

— Циплова пришла ко мне в состоянии похмелья, просила помочь. Я не пустила её домой — мы остались в машине. Вынесла водку, выпили по три рюмки, поехали за стиками. Маршрут — центр, Федерации, Можайского. Она хотела остановиться, познакомиться с какими-то парнями, но я настояла ехать домой. А потом… отказали тормоза. Я кричала, потому что машина не слушалась. Врезалась в припаркованную машину, потом в лесенку. Меня вытащили, я убежала за угол — была в шоке. Потом приехали ДПС и спросили прямо: „Ты знаешь, что натворила?“. Сказали, что я сбила девочку и врачи борются за её жизнь.

Тут голос её дрогнул, по щекам потекли слёзы.

— Раскаиваюсь, — прошептала она. — Но понимаю: раскаянием не вернуть ножку девочке.

Амирова рассказала, что так и не смогла лично попросить прощения у семьи пострадавшей — из-за домашнего ареста. Отец обвиняемой пытался компенсировать часть ущерба: внёс 50 тысяч рублей как первый взнос за моральный вред, но семья отказалась принимать деньги. В их доме сейчас не нужны купюры — там пытаются научиться жить по-новому, шаг за шагом, день за днём, и каждый такой день начинается с понимания, что прежняя, лёгкая, танцующая жизнь дочки теперь будет другой.

Адвокат задал своей доверительнице несколько вопросов.

— Знали ли вы о неисправности автомобиля?

— Нет, я таксист, за машиной слежу, тормоза всегда были исправны.

— Страховая выплатила компенсацию?

— Да, 500 тысяч рублей.

Допрос завершился. Прокурор отметил, что подсудимая полностью признала вину и выразила раскаяние. Впереди — прения и, наконец, приговор.

Наш канал в Макс, срочно подпишись!

Ирина Ермолаева, при участии Саши Снегирь