Вчера в Ленсуде снова было жарко: идёт процесс по делу Ольги Амировой. Именно её машина в тот роковой вечер буквально припечатала 6‑летнюю девочку к бетонной лестнице. Итог трагедии — ампутация ноги у ребёнка.

Состав суда прежний: председательствует Тимур Хайруллин, стороны представляют защитники Хамзад Шемильханов и Сергей Сазонов, обвинение держит прокурор Емельянов.

Амирова была в своём неизменном белом спортивном костюме. Волосы распущены, макияж сдержанный, в носу — пирсинг, ногти аккуратно подстрижены. Вид почти образцово‑раскаянный: будто сама сцена требует от неё позы «я всё поняла, простите ради бога». Образ выходит до странности кинематографичным.

Но сегодня в зале суда не только привычные лица. Есть и своя «изюминка»: в процесс ворвалась съёмочная группа программы «Дежурная часть». Московские журналисты нагрянули неожиданно — и сразу взяли подсудимую в оборот.

Процесс ещё не стартовал, а камеры и микрофоны уже давят на Амирову. Вопросы летят один за другим, и каждый — неудобнее предыдущего:

— Вы работаете таксистом. Часто ли вы оказывались пьяной за рулём, когда в машине были клиенты?

— Я никогда этого не делала! Никогда во время работы не садилась за руль пьяная!

— Почему за всё это время, с самого дня трагедии, вы так и не извинились перед семьёй пострадавшей девочки?

— Я много раз пыталась это сделать…

Дальше — молчание. Многозначительное, тяжёлое. Амирова будто ставит точку: больше ни слова. Но эмоции берут верх. Впервые за все заседания на её глазах появляются слёзы. Она неловко вытирает их ладонью, но они всё равно катятся по лицу. Рядом адвокат Шемильханов тихо, но твёрдо гладит её по плечу: «Не волнуйся, ты правильно себя вела».

Тем временем судья открывает заседание. Первым вопросом — ходатайство о присутствии съёмочной группы и праве на съёмку. Амирова и её защитник выступают против. Подсудимая объясняет: она не хочет, чтобы её несовершеннолетние дети видели всё это. Шемильханов поддерживает позицию доверительницы.

Судья принимает компромиссное решение: съёмочной группе разрешают фото‑ и аудиофиксацию, но снимать сам судебный процесс — нельзя.

Прокурор переходит к свидетелям обвинения. Первым на трибуну выходит Ринат Хакимов — случайный очевидец трагедии. Он приехал к ночному клубу — и просто оказался там, где в ту минуту было нужнее всего:

— Машина сначала врезалась в другую машину, а потом протаранила девочку. Я сразу побежал туда. Малышка была в тяжёлом состоянии. Мы искали хоть что-то, чтобы остановить кровь — жгут, ремни… Ничего подходящего не было, но стоять и смотреть я не мог. Тогда я просто перегородил проезд своей машиной: надо было сохранить следы аварии и не дать виновнице скрыться. И уже тогда было ясно: женщина за рулём — пьяна.

Следом — Алина Ильина, медсестра, которая в тот вечер ждала подругу. Она тоже оказалась рядом совершенно случайно:

— Я сидела в машине и заметила, что автомобиль Амировой мчался, как мне показалось, со скоростью около 70 км/ч. Потом — удар, ещё один, ещё… А затем раздался детский крик. Я бросилась к месту аварии. У лестницы лежала маленькая девочка, кругом была кровь. Ребёнок вцепился в мать, какой-то мужчина пытался помочь. Я вызвала скорую — это первое, что пришло в голову. Потом пыталась хоть как-то отвлечь девочку, сказать что-то простое, чтобы она чувствовала, что мы стараемся помочь. Но она кричала: «Мама, помоги! Я умираю!» От этих слов становилось по-настоящему страшно.

После показаний адвокат защиты задал несколько уточняющих вопросов о расположении машин на месте аварии. Свидетели ответили чётко и уверенно — помнили каждую деталь.

Следующее заседание назначено на 9 ноября.

Наш канал в Макс, срочно подпишись!

Ирина Ермолаева, при участии Саши Снегирь